Татьяна Гладченко (the_na) wrote,
Татьяна Гладченко
the_na

Categories:

Фотомозаика. Поехали на йух! Пора!



Есть у меня кадры, которые я не знаю, как вам показать. Что с художественной, что с профессиональной точки зрения весьма посредственные и малоинтересные. Но на самом деле они — разноцветные кубики смальты, глядя на которые, я вижу протяжённую во времени и пространстве большую яркую мозаичную картину с массой элементов, орнаментов. И каждый кубик узнаваем. И каждый на своём месте.

Давайте потихоньку собирать мозаику. И если результат доставит вам удовольствие, я буду рада. Для меня-то и процесс сладостен :)







Вот, например, вот эти кадры. Чем они пахнут? Каковы они на ощупь?

Терпкий запах — вяленые водоросли. Недостаточно вяленые для того, чтобы быть сухими, и как следствие, дьявольски скользкие. Потираю ушибленные бедро и зад, на которых уже завтра расплывётся здоровенный лиловый синяк. И ладонь свезла, конечно. И опять запястье пухнет. Но это уже привычно. Оно кривое с детства — благодаря дебильной привычке выставлять руки, если земля вдруг с размаху отвешивает сочный шлепок по заднице. Когда училась ездить на роликах, она меня не подвела. А страх, что ролики отберут, заставил перемолчать и скрыть травму от родителей. Перемолчала. Рука-кочерга досталась в награду смелой партизанке.

Я студентка. Это второе море в моей жизни. Я почти не умею плавать. Безумное паническое барахтанье в воде не в счёт. Через несколько лет я снова приеду проверять, что крепче, — пирс или мои ягодицы. И через ещё год. И ещё. Снова и снова. Из года в год. И гнать меня по этим плитам будет зависть. Дурь, зависть и злость.

Моя подруга, проскользив мимо меня по мокрым плитам пирса, встаёт на цыпочки на уголке, каким-то неуловимым движением рук и ног выталкивает вытянутое в струнку тело и упруго и гладко ныряет. Ульк — и она уже еле видимый под толщей воды бледный, искажённый игрой света на волнах, силуэт. А я сижу на тёплом шершавом камне и стараюсь спрятать пунцовые пятна на бёдрах, на животе и на лбу — последствия моих утренних упорных попыток сделать что-нибудь подобное. Вам доводилось когда-нибудь отшибать лицо об воду? Я овладела этим искусством в совершенстве! Сижу и готовлюсь преодолеть обратный путь по пирсу на берег. Пирс дли-и-и-и-инный...



Сейчас он совсем состарился, лишился поручней и лесенок, ведущих в воду. Но возле левого угла под водой по-прежнему «яма» — там глубина больше, чем мой немаленький рост. Прежде чем нырять, мы всё вокруг проверяли.





Про зависть и злость вы уже всё поняли. А дурь свела судорогой язык и не давала попросить кого-нибудь помочь и научить. И я вновь и вновь вставала пораньше, чтоб успеть до наплыва «зрителей», шла по скользким плитам и раз за разом прыгала, злясь на себя и пытаясь понять, что же делаю не так.

В конечном итоге я научилась. И нырять, и плавать. И с уголка пирса, и просто с места. С открытыми глазами, чтобы видеть, как приветственно машут длинными прядями водоросли, как пляшут солнечные зайчики на камнях на дне. И с тех пор парить в глубине, подныривать, ощущать движение воды по коже при каждом гребке — огромное удовольствие для меня. Люблю. Часами могу дурачиться и нырять. Сколько линз смыто с глаз за это время, сколько серёжек и колечек утеряно... Дары духам моря.

Горжусь этим достижением. Долгое время я панически боялась воды — в малолетстве утонула, и этот опыт дал себя знать потом. Мне было стыдно, я изображала нелюбовь к воде, но внутри очень-очень хотела уметь плавать. И именно с открытыми глазами — чтоб всё можно было рассмотреть. На вопрос «а если б ты могла выбрать две суперсилы, ты какие бы выбрала?» я и до сих пор могу ответить — умение летать и умение дышать под водой. Правда, сейчас я бы ещё умение врачевать добавила бы, наверное. Но это из совсем другой оперы.



На протяжении многих лет сначала каникулы, а потом и отпуска мы проводили именно на этом пирсе. С перерывами на сон, походы за водой и дровами, варево еды на костре, марш-броски за вином и потребление оного.

Лиманчик.

Для каждого студента РГУ это совершенно особое место. Всё началось 80 лет назад — в 1938 году. Винзавод Абрау-Дюрсо предоставил университету для исследовательских и научных нужд ущелье с озером Малый Лиман (Лиманчик) на 20 лет. Ну, а через двадцать лет студентов оттуда уже ничем было не выкорчевать. С 1956 года лагерь существовал фактически, а в 1958 году это было оформлено юридически.

Озеро уникальное. От моря его отделяет тонкий каменный перешеек. И при этом вода в море остаётся солёной, а вода в озере — пресной. Ходят легенды о том, что глубины Лиманчик неимоверной, но мне видится более достоверной информация, которая гласит, что там не больше 5,5 метров. Вокруг озера множество родников с очень вкусной сладковатой на вкус водой. Говорят, что именно поэтому у озера есть ещё одно имя — Сладкий Лиман.

Вот, смотрите, перед нами Лиманчик, а противоположный его берег и есть та самая каменная гряда, за которой море.



Озеро окружёно лесом, в котором можно найти и дубы, и фисташковые заросли, и держидерево, и скумпию, и ароматные заросли можжевельника. В шкафу до сих пор лежит щепочка, подобранная на тропе — невероятно, как долго пахнет можжевельник. Если её потереть между ладонями, еле уловимый, но узнаваемый аромат тут же ощущается. И руки потом долго пахнут.

Там водятся вороватые соньки, которые с большой скоростью находят припрятанные запасы неупакованной еды и уничтожают её. Я как-то раз сама, вернувшись в темноте в палатку, выхватила светом фонарика застывшую в ужасе соньку. Меня поразило, что она была невероятно тощая, и то, как она вцепилась в свою добычу — зажатую в зубах корку хлеба так и не выпустила, удрала с ней.





Лагерь состоит из упрятанных под деревьями пары корпусов, нескольких домиков, спортплощадки, столовой и туалета, конечно. Территория ухожена ровно в той степени, в которой я люблю. Минимум вмешательства человека. Никакого тебе изуверского ландшафтного дизайна.











Туалет... Это долгое время был наводящий ужас одним упоминанием «зелёный домик». Некоторое время назад его облагородили, обложили кафелем, поставили кабинки. Я прочитала об этом в блоге одного из лиманоидов и была потрясена. Ах, да, я увлеклась. Вы же не знаете, кто такие лиманоиды...

Дело в том, что «матрасники» — отдыхающие по путёвкам и участники всевозможных выездных семинаров и конференций — это ничтожно малая толика приезжающих сюда. Основное население лагеря живёт за его забором, расселившись на постоянных и временных палаточных стоянках. Из-за естественного ландшафта такой вид размещения называется «на горе». Гора есть левая, есть правая. Все пригодные для палаточного лагеря места уже давно разведаны и «каталогизированы» — «на корме», «за ректорским домиком» и т.д. Есть именные, персональные стоянки, на которые из года в год ездят одни и те же люди. «Телевизор», «Кровавые эмбрионы», «Аяйство» и так далее. Встретишь, бывало, на пирсе знакомого и первый вопрос «Где встали?». Все эти ориентиры помогают дать почти точные координаты своей стоянки, чтобы вечером к палатке из темноты вынырнули гости с гитарой, гостинцами и свежими байками. Ну, если повезёт. Бывает, что принесут нетрезвое «тело» для отоспаться (упился, обокрали, жрать и спать негде, приютитехристаради).

И сколько лет сюда ездят палаточники, столько лет с ними ведётся непримиримая борьба.



Прелесть в том, что и те, кто ходит рейдами и срезает палаточные стоянки, и те, кто в этих палатках живут, прекрасно знают друг друга. Администрация лагеря совсем не монстры. И они сами были студентами. И знают, что очень часто в палатках селятся не обалдуи-студенты, а те, кто давно уже выпустился, а иногда и преподаватели с семьями. По правилам — никаких палаток быть не должно. Но из года в год тянется вереница разновозрастных «дикарей» с рюкзаками на спинах, забитыми консервами и крупами с макаронами, которым сейчас на смену пришли «дошираки». Большинство ездит сюда каждый год, многие имена и лица знакомы и на слуху. Палатки всё же стараются ставить за забором. На территории палаток, действительно, не бывает.

Поезд «шесть-семь-восемь» из Ростова-на-Дону до Новороссийска битком был забит студентами, которые бельё не брали, — спальники же есть )в отличие от денег). Гомонили и пели под гитару, расписывали пульку, договаривались скооперироваться, чтобы автобусом добраться до Абрау, а оттуда нанять машину до лагеря. Машину не для проезда, а чтобы довезти огромные неподъёмные баулы и одного сопровождающего, а самим налегке шлёпать пешком. Охотников ехать сопровождающим было не особо много. Тех, кто шёл пешком, ждали по дороге купание в озере Абрау, сочные горяченные чебуреки, которые жарили прямо при покупателях в местной чебуречной, ну и покупка вина с собой с неизменной дегустацией. Сейчас это почти в прошлом. Всё чаще в Лиман едут на машинах — предварительно в сети находят попутчиков, делят плату на всех. Так выгоднее и веселее. Да и на смену медлительному «шесть-семь-восемь» прилетели «Ласточки», которые могут домчать до Новороссийска за считанные 5 часов.

Вот нашла вычисления и карту, которые сделали ребята (источник). Цитирую: «В очередной раз на дружеской попойке всплыл этот вопрос. И наконец то я вспомнил, что он решаем при помощи Яндекса с точностью до сотни метров.
1) 5.05 км - от шоссе через Абрау до ворот Лиманчика по дороге
2) 3.78 км - от винзавода до Лиманчика, если по козьей тропе»



Озеро Абрау невероятной красоты. И всегда было.







Так ехать, как я, — одна в пустой машине — это чистое «мажорство». Но я ехала в гости — к пирсу, к морю. Я не планировала оставаться. Просто была рядом по делам, удалось урвать пару часов и заскочить.



Вода в озере бледно-зеленоватого оттенка. Разбелённая бирюза. Не особо прозрачная, но очень чистая.













Но вернёмся к нашим лиманоидам. Год за годом они приезжают и живут на горах — кто неделю, кто месяц. Кто-то собирает валежник и плавник и готовит на костре. Кто-то возит с обой газовую печку. Кто-то расписывает пульку на пирсе каждый день, а кто-то таскает в бутылках воду из родника или выпрашивает набрать из крана в лагере. Поход в туалет — важное мероприятие, на которое собираются полдня, потому что после «зелёного домика» приличные люди сначала идут в море смывать с себя и с волос невероятное зловоние, которым пропитываешься в туалете буквально за секунды. А кто-то — снаряжает гонца за гонцом и отправляет их в Озерейку по берегу за домашним вином. Бывали экземпляры, которые смутно помнили даже процесс загрузки в поезд в Ростове.

Так было. Сейчас многие из тех лиманоидов, о которых я говорю, — бородатые дяденьки. Но если ты лиманоид, то ты лиманоид навсегда. Есть гимн Лиманчика. И есть сайт, который создан и поддерживается в рабочем состоянии теми, в ком Лиман живёт и поёт и по сей день.

Такая романтика, скажете вы... Зачем же бороться? А чтобы спасти. И самих лиманоидов —сколько уж их в совершенно невменяемом состоянии летело с гор кубарем, ломая руки-ноги. И горы. И озеро. Нормальные лиманоиды всегда следят за своими соседями по стоянке, содержат горы в чистоте, не рубят лес, не гадят в кусты, не беспредельничают. Но есть и всегда были те, кто едет туда просто «оторваться». И валяются бесчувственные «тела» на тропинках, и со скоростью пожара разносятся по горам слухи об обворованных палатках, о закончившейся плачевно драке и т.д.

Наверное, их можно было бы возглавить. Получится ли сохранить при этом дух Лимана, дух свободы — не знаю. Сейчас половина пляжа принадлежит пансионату «Звёздный», который выстроили рядом. Красивый новый пирс справа — это их.



Было время, когда судьба лагеря повисла на волоске экономических проблем. Все лиманоиды встали на защиту лагеря. И до сих пор нет уверенности в том, что и как там происходит, и как будет происходить. Я очень надеюсь, что вопреки всем экономическим проблемам он будет жить. Я понимаю, что шансы невелики, но всё же.

Именно сюда я приезжаю разговаривать с морем. Если уйти по пляжу пешком подальше, то можно остаться с ним один на один. Скользкие камни предательски убегают из-под ног и подставляют свои твёрдые бока точнёхонько под задницу. И снова я сижу на шершавом камне. И снова... Потираю ушибленные бедро и зад, на которых уже завтра расплывётся здоровенный лиловый синяк... Круг замкнулся.

Выхожу из лагеря, поднимаюсь по знакомому изгибу дороги, сажусь в машину.



Часов через 6 я буду уже дома. По дороге сделаю только одну остановку в садах. Это необыкновенно красиво!



Одуванчиковое облако прилегло вздремнуть в тенёчке между рядами яблонь. Тянутся вверх кудрявые белые полупрозрачные головы на тонких шеях и с любопытством заглядывают через плечо друг другу — «Что там? Вам не видно? Что там впереди?»



Сильный ветер. И стоит только шагнуть в это облако, как из-под ног разлетаются стремительно перепуганные пушинки.





Знать бы, что там, впереди... А пока что я, как всегда, закинула в машину палатку и спальники, и возможно, в этом году, наконец услышу, как по горам в темноте разносится громогласное «Пора!». Это ещё один кубик смальты. Часть лиманского ритуала.

Сейчас я вам расскажу. Итак, представьте, мы с вами сидим вокруг небольшого костерка. В кружках плещется купленное в Озерейке домашнее вино. Над нашими головами алмазной россыпью горят звёзды. Начинаем медленно, потихоньку, почти шёпотом



А-а-а-а-а... ка...ла...кольчики-бубеньчики зве-нят...

А-а-а-а-а мчались кони наши три часа подряд....

А притомились наши кони в долгий путь,

А не пора ли нам по рюмочке махнуть?

ПО-РА!



И эхом по горам несётся «пора...пора...пора...»

UPD: когда я писала этот пост, я осознанно опустила один факт. Какое-то время назад вышел на экраны фильм «Дикари». Режиссер и сценарист фильма Виктор Шамиров родился в Ростове-на-Дону, поступил на «мой» мехмат ;), где проучился всего три года, поскольку поменял вдруг резко планы на жизнь и продолжил учиться уже в ГИТИСе. В Лиман он, конечно, ездил. И со всеми «ключевыми» персонажами был знаком много лет лично и довольно близко. Когда снимался фильм, гудели все наши. «О нас фильм снимают! О Лиманчике фильм снимают!». И фильм посмотрел каждый, кто хоть как-то считает себя лиманоидом ;) Персонажи и события, действительно, узнаваемы. Места, правда, не очень — фильм в Крыму снимали. Но душа, эмоции и чувства «на краю Лета» — они осязаемы.

Конечно, аудитория разделилась мгновенно на два непримирымых лагеря. «Остроконечники» твердили, что это НЕ ЛИМАН АЩЕ! «Тупоконечники» смеялись им в лицо и говорили, что не узнать Лиман в фильме может только тот, кто там только матрасником отдыхал.

Я утаила этот факт, чтобы не сбивать восприятие читателя, не влиять на него заранее. И знаете, что? А ведь Вадим vakomin узнал в моём рассказе «Дикарей». :) И это так приятно для меня, вы не представляете!

Вот рассказ создателя фильма, где он проясняет, что он хотел показать, что рассказать. И как получилось так, что Лиман узнают в фильме даже те, кто там никогда не был. Ну, и для интересующихся на сайте ещё много любопытного.

http://www.dikari.info/interview-gorodn.html

Вадим, спасибо тебе! Я тронута до самой глубины души!

Оригинал записи находится на моём сайте по адресу https://the-na.me/2018/06/28/fotomozaika-poehali-na-juh-pora/
Tags: Россия, а вот это интересно!, личное, фотомозаика
Subscribe

Posts from This Journal “Россия” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 68 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Posts from This Journal “Россия” Tag